Смелый план Си Цзиньпина для следующего этапа инновационного развития Китая

Смелый план Си Цзиньпина для следующего этапа инновационного развития Китая

Для Чжучжоу все сложилось удачно. Город с населением 4 млн. человек в провинции Хунань, не имеющей выхода к морю, часто привлекал к себе внимание промышленного сектора из более густонаселенной столицы провинции Чанша, расположенной к северу от него. В 1990-х годах он стал региональным центром по химической и металлургической промышленности. Но это привело к серьезным экологическим последствиям: более 1000 предприятий, загрязняющих окружающую атмосферу, в конечном итоге были закрыты. Это привело к тяжелым экономическим последствиям. Внутренняя экономика Чжучжоу по-прежнему отстает от экономики прибрежных городов. В последнее десятилетие его умеренный экономический рост был типичным для городов среднего уровня, которыми заполнена основная часть Китая.

Однако сегодня власти Китая заявляют о нем, как о технологическом центре страны. За последний год здесь появилось сотни компаний, занимающихся искусственным интеллектом (ai), робототехникой и обработкой данных.

В документах территориального планирования отражено оживление города, которое Чжучжоу в 1990-х годах мог наблюдать лишь издалека по мере того, как богатели восточные порты.

В документах говорится о "великих переменах, невиданных 100 лет" — фраза, которую Си Цзиньпин, председатель КНР, использовал для обозначения начала новой эры. Он считает, что Китай стоит на пороге революции, в ходе которой десятки городов начнут производить прорывные разработки в области робототехники, облачных вычислений и автоматизации.

Власти Чжучжоу также уверены, что они смогут извлечь выгоду из кампании г-на Си, называемой «Всеобщее процветание» — плана по перераспределению богатства от более богатых регионов к более бедным, а также и от крупных интернет-платформ к потребителям и рабочим.

Стратегию господина Си лучше всего рассматривать как серьезную ставку на то, что в ближайшее десятилетие Китай станет мировым центром инноваций. Сдвиг в сторону отечественных технологий вносит изменения в географию китайской промышленности. Новые инвестиции и население стали перемещаться из богатых прибрежных центров во внутренние районы страны, такие как Чжучжоу.

Вторая особенность — беспрецедентный рост числа новых технологических компаний.

Правительство оказывает поддержку тысячам больших и малых предприятий в таких областях, как наука о данных, сетевая безопасность и робототехника. Правительство оказывает поддержку тысячам больших и малых предприятий в таких областях, как наука о данных, сетевая безопасность и робототехника. Г-н Си и его советники также устанавливают более строгий контроль над ситуацией на рынке. Их способность влиять на потоки капитала уже заметна в том, как частные инвестиционные компании вкладывают средства в Китай.

Этот переход происходит в определяющий момент. Настроения того, что Америка и Запад находятся в упадке, а Китай на подъеме, часто фигурируют в государственных СМИ.

Вместе с тем, Китай не был более ориентирован на собственные интересы с тех пор, как его действия были подвергнуты международному осуждению после массовых убийств на Площади Тяньаньмэнь в 1989 году.

Деловой центр Шанхая, города с населением 25 млн человек, был закрыт, поскольку г-н Си добивается ликвидации covid-19. Его поддержка России во время войны в Украине повысила вероятность введения новых санкций против китайских компаний. Эти обстоятельства, похоже, только усиливают его стремление к независимости.

Г-н Си создает государство-инкубатор: экономику, которая в значительной степени зависит от государственной поддержки, чтобы обеспечить рост производительности за счет отечественных исследований и технологий. Тем самым он также дает понять, что преждевременно отказался от технологической трансформации, которая хорошо применялась в Китае с 1980-х годов, когда иностранные компании начали открывать предприятия, используя передовые технологии.

Эти технологии в итоге передавались местным предприятиям или подвергались реинжинирингу без особых затрат.

По словам Раймонда Йенга из банка ANZ, ценой этого стало увеличение экономической эффективности производства. Одной из ключевых особенностей такой модели развития, стало то, что она не предполагала больших рисков. Китаю нужно было только продолжать процесс модернизации, а иностранным компаниям — продолжать выгодно вкладывать средства и внедрять высокотехнологичное оборудование.

Но эпоха модернизации постепенно подходит к конйу. В период с 2010 по 2019 год рост производительности труда в Китае в целом составлял чуть более 1% в год. Передача технологий в настоящее время существенно ограничена Америкой

Г-н Си имеет точное представление, как санкции, обрушившиеся на Россию, могут быть применены к Китаю. Ответными мерами нацелены на прекращение зависимости от иностранных технологий и переориентации стратегии развития на то, что может быть произведено внутри страны.

 

Азартная игра с высокими ставками

Подобно венчурному инвестору, который делает рискованные и высокодоходные ставки, господин Си в этой ситуации принимает на себя повышенный риск.

Его план требует создания крупных, конкурентоспособных на мировом уровне предприятий, подобных телекоммуникационному гиганту Huawei. "Но им придется создать множество " Huawei", — говорит г-н Юнг. «Если инвестиции не окупятся, государство будет вынуждено выплачивать еще большие долги, а темпы роста будут низкими».

Предыдущие лидеры Китая сосредотачивали свои реформы преимущественно в прибрежных городах, где промышленные товары могли легко добраться до портов. Шэньчжэнь, расположенный в 700 км к югу от Чжучжоу, стал символом становления Китая как мировой промышленной столицы в 1990-х годах. Часть этого бизнеса переместилась на запад, в такие города, как Чэнду и Чунцин. Во время нахождения у власти господин Си изначально сосредоточился на стимулировании роста уровня потребления, что также способствовало развитию крупнейших прибрежных городов. Под его руководством компании Alibaba и Tencent, расположенные в восточных и южных районах Ханчжоу и Шэньчжэня, приобрели известность как локомотивы потребительского сектора и часто высоко оценивались партийными чиновниками.

За последние два года ситуация стремительно изменилась. Г-н Си возвращается к ориентации экономики на производство. Переход от применения бытовых интернет-технологий, или "мягких технологий", был четко обозначен в 14-м пятилетнем плане, опубликованном в 2021 году. Вместо этого в нем делается акцент на быстрое развитие "глубоких" технологий, то есть таких областей, как искусственный интеллект, полупроводники, промышленное программное обеспечение и обработка больших данных. В новой промышленной стратегии не требуется свободного доступа к портам.

Эти действия могут изменить экономическую политику Китая. По словам Чи Ло из банка Bnp Paribas, упор на производство привел к тому, что молодые рабочие стали переезжать не только в прибрежные города, но и в города внутри страны, в которых новые заводы строить дешевле.

Последний мощный всплеск переселения вглубь страны начался в 2001 году, когда Китай вступил в ВТО, и продолжался до 2013 года, когда к власти пришел господин Си, и главным фактором роста стал потребительский сектор. Г-н Ло считает, что Китай близок к началу очередной волны переселения жителей вглубь страны, которая будет способствовать новой промышленной революции г-на Си.

Смелый план Си Цзиньпина для следующего этапа инновационного развития Китая

Для обеспечения новых технологических фирм кадрами необходима трудовая миграция. Анализ данных о регистрационной документации компаний, проведенный изданием The Economist, показывает, что во внутренних районах Китая беспрецедентными темпами создаются фирмы, занимающиеся большими данными, искусственным интеллектом, Интернетом вещей, робототехникой, облачными вычислениями и чистой энергетикой. Многие из этих новых предприятий находятся в столицах бедных провинций. Но и во многих небольших городах, таких как Чжучжоу, также наблюдается стремительный рост технологических компаний (см. диаграмму).

Хэфэй в провинции Аньхой, одном из беднейших регионов Китая, — город с населением около 9 млн. человек. В последние годы он превратился в технологический центр, в котором за короткий период открылись тысячи фирм. Только в 2021 году в городе откроется более 2500 компаний, занимающихся разработкой базового программного обеспечения, по сравнению с 370 в 2020 году. Тысячи других компаний предоставляют сопутствующие услуги. В далеком северном городе Шэньян за последние два года появилось более 860 компаний, заявляющих, что они занимаются исследованиями в области робототехники, по сравнению со 170 компаниями за четыре года до этого.

В юго-западном городе Чэнду в 2021 году открыли свои представительства около 4400 компаний, заявляющих о своей деятельности в области Интернета вещей, что в четыре раза больше, чем в 2020 году.

Быстрый рост в этих городах тесно связан с деятельностью местных органов власти по предоставлению щедрых налоговых и земельных льгот. На самом деле, эти данные должны также послужить предостережением для руководителей, что технологический бум, который они стимулируют, ведет к потенциально неэффективным инвестициям. Возьмем, к примеру, предприятия, занимающиеся центрами обработки данных и облачными вычислениями.  Пандемия создала большой спрос на услуги потребительского интернет-сервиса и, в свою очередь, на услуги обмена данными. Национальная политика поощряла компании всех категорий к их созданию или, по крайней мере, к попытке их создания. По словам Эдисона Ли из инвестиционного банка Jefferies, компаниям достаточно было убедить местных чиновников продать им землю и электроэнергию по низкой цене, чтобы влиться в прибыльную индустрию центров обработки данных.

Гуйян, крупный город в бедной юго-западной провинции Гуйчжоу, в 2020 году стал свидетелем бурного роста числа компаний, регистрирующих центры обработки данных, причем многие из них не имели опыта работы в этой области.

Некоторые даже пытались перейти к облачным вычислениям, которые требуют больше технологических ресурсов, чем центры обработки данных. Волна инноваций в области искусственного интеллекта, робототехники и климатических технологий несет с собой множество конкурентов, которые будут истощать государственные финансы, а не увеличивать ВВП.

Некоторые инвесторы задаются вопросом, откуда возьмутся специалисты, необходимые для обеспечения этого прогресса. Правительство объявило об академических программах по подготовке кадров. Но нехватка кадров очевидна. Переселение специалистов не учитывает, что их квалификация не соответствует темпам индустриального развития г-на Си. Почти 70% рабочей силы не имеют ни одного дня обучения в средней школе, отмечает Скотт Розелл из Стэнфордского университета.

Для реализации своего плана правительству нужно нечто большее, чем арена стартапов. Поэтому оно воспитывает новую команду лидеров. Это компании, занимающиеся программным обеспечением для предприятий, оцифровкой промышленности, безопасностью данных и государственными облачными вычислениями. Мало кто из инвесторов в Кремниевой долине слышал о Baosight, Maxscend, Sangfor, Supcon или YoueData. Многие из них котируются в Шанхае или Шэньчжэне, а не в Нью-Йорке или Гонконге.

Они представляют собой совокупность государственных и частных компаний, но большинство из них приближены к правительству. И они работают над модернизацией промышленной инфраструктуры Китая, чтобы начать новую революцию г-на Си.

Baosight — государственная компания по разработке программного обеспечения для промышленности. Она создает программное обеспечение для планирования ресурсов предприятия и системы управления производством, которые интегрируют и оцифровывают промышленные предприятия по всему Китаю. Эти системы направлены на повышение эффективности в сталелитейной, фармацевтической и химической промышленности. Недавно компания Baosight завершила работу для государственной сталелитейной группы в рамках крупнейшего и самого сложного интеграционного проекта такого рода. С 2018 года рыночная капитализация компании выросла в три раза и достигла 62 млрд юаней ($9,7 млрд).

Sangfor Technologies, частная группа по сетевой безопасности и передаче данных, базирующаяся в Шэньчжэне, помогает правительству создавать передовые платформы для обработки больших данных. Supcon, также находящаяся под частным контролем, создает для государственных компаний сетевые экосистемы.

Небольшое, но растущее число международных инвесторов обратили внимание на эти компании. Их взгляды отличаются от взглядов прошлого поколения разработчиков технологий. Такие компании, как Alibaba, привлекали финансирование, поскольку инвесторы делали ставку на частный сектор. Они считали, что он может обеспечить головокружительное количество интернет-магазинов и финансовых услуг, которые, в свою очередь, поддержат высокую стоимость акций нескольких крупных платформ.

 

Мягкие технологии, жесткая линия

Этому тезису был нанесен серьезный удар. По мнению правительства, массовое увлечение потребительским сектором Интернета усилило неравенство. Доминирование компаний на рынке позволило им манипулировать ценами и собирать персональные данные. Их влияние затмило влияние партии на цифровую экономику. Эти нарушения были "исправлены", по словам чиновников, путем масштабных ограничений в сфере государственного регулирования.

Государство не только сумело за год сократить стоимость технологического сектора более чем на $2 трлн. Оно подтолкнуло гигантов к подчинению. Многие руководители, такие как Ричард Лю из jd.com, ушли в отставку. Компании увольняют работников; лишь немногие из них осуществляют дорогостоящие сделки.

Для того чтобы новые компании-лидеры достигли успеха, им необходимо стать конкурентоспособными и завоевать долю рынка в развитых странах. Компания Huawei была на этом пути, пока Америка не отбросила ее назад. Господин Си хочет, чтобы Китай создавал собственные компании в сфере высоких технологий, чтобы стать более независимыми от враждебного Запада. Но даже если эта новая система поддерживаемых государством технологических компаний будет менее зависима от зарубежных закупок, чем Huawei, ей все равно может быть закрыт доступ на зарубежные рынки. И это лишит ее бизнеса, необходимого для роста до необходимых масштабов.

Вопрос о том, каким образом финансируется новый экономический бум в Китае, волнует всех инвесторов, жаждущих найти следующую Alibaba, но остерегающихся нарушить правительственную политику. Г-н Си уже шесть лет занимается реструктуризацией капитальных и финансовых рынков. Впервые теневой банковский сектор Китая объемом 58 трлн. юаней стал объектом пристального внимания в 2017 году. В том же году была остановлена трехлетняя волна спекулятивных зарубежных инвестиций в размере 450 млрд долларов, движущей силой которых были влиятельные бизнесмены.

В 2021 году высокопоставленные чиновники начали называть врага по имени: "беспорядочная деятельность бизнеса", который стремится к получению высоких доходов ценой всеобщего благополучия. За последние годы сотни чиновников и бизнесменов были отстранены от власти по обвинению в коррупции, но только недавно некоторые из них были обвинены в " оказании влияния на экономику". Чжоу Цзяньгун, бывший партийный секретарь Ханчжоу, процветающего восточного города, где расположена компания Alibaba, находится под следствием за подобные преступления. Местные СМИ также связывают его с компаниями, аффилированными с Alibaba.

Г-н Си уже предложил план " систематического наращивания капитала". Он лично курировал запуск новой фондовой биржи в Пекине в 2021 году, ориентированной на привлечение инвестиций в небольшие технологические компании. Программа "маленьких гигантов", запущенная Министерством промышленности и интернет-технологий, лично занимается отбором компаний, которым будут предоставлены налоговые льготы и государственное финансирование. По данным Bloomberg, в этом году Китай планирует потратить около $2,3 трлн на новые проекты, многие из которых будут направлены на высокотехнологичное производство и разработку новых технологий.

Хань Вэньсюй, ведущий советник по экономическим вопросам, заявил, что подавление беспорядочного капиталовложения не означает его прекращения. Хань Вэньсюй, ведущий советник по экономическим вопросам, заявил, что подавление беспорядочного капиталовложения не означает его прекращения. Наоборот, речь идет о том, чтобы бизнес последовал примеру партии. И это уже начинает осуществляться. Например, в прошлом году частные инвестиции в потребительские технологии рухнули, в то время как инвестиции в микрочипы и программное обеспечение взлетели до новых максимумов.

Сегодня инвесторы в технологические отрасли, рассматривающие для инвестирования такие компании, как Sangfor и Supcon, оценивают количество проектов, финансируемых государством, чтобы определить их перспективность. Аналитики инвестиционных банков часто называют участие компании в крупных государственных проектах мощным знаком "покупать" и избегают всего, что идет вразрез с государственными идеями. "Каждый раз, когда мы смотрим на ту или иную отрасль, инвесторы спрашивают нас, будет ли эта область рассматриваться как способствующая росту неравенства", — говорит Кики Янг из консалтинговой компании Bain.

По данным исследовательской компании PitchBook, многие венчурные компании в Китае считают, что у них меньше барьеров для инвестиций, если компании ориентируются на сферы, одобряемые партией, — компании в сфере цифровых технологий и чистой энергетики, которые развиваются быстрыми темпами. В 2021 году объем частных инвестиций в чистую энергетику вырос примерно до $8,7 млрд по сравнению с $5,6 млрд в 2020 году. По словам одного из инвесторов, все большее число частных компаний надеется инвестировать средства одновременно с государственными фондами или находить стартапы, которые уже получили государственные деньги. Зеленый свет от государства сейчас является мощным сигналом для рынка.

Многие нарушения баланса в китайской экономике — объекты нападок г-на Си — возникли или усугубились при нем. Технологические корпорации в значительной степени заработали свои миллиарды за последнее десятилетие. Г-н Си отвечал за одно из крупнейших в мире наращивания долгов в секторе недвижимости.

Его правление ослабило механизмы контроля, что привело к волне спекулятивных покупок за рубежом. Введение господином Си ограничений на регулирующие органы во многом стало попыткой исправить перекосы рынка, вызванные его собственными провалами в политике.

Некоторые опытные глобальные инвесторы опасаются повторения цикла ошибок и коррекций. Немногие смогли отмахнуться от разговоров о "беспорядочной деятельности бизнеса". Только благодаря внедрению рыночных механизмов и иностранного капитала Китай смог построить передовое, современное государство. Его технологическая база мирового уровня была создана благодаря глобальным фондам VC и Pe. По словам одного крупного инвестора, то, что господин Си и его команда отвернулись от этого, показывает, что они не извлекли уроков из прошедших 40 лет.  То, что они верят, будто способны выполнять функцию рынка, приводят к искаженному представлению. 

Оцените статью
Финансовый эксперт
Adblock
detector